Из "Маленьких шалостей"

С поднебесья упавшие метеориты
Погаснут, уже никогда не засветятся.
Сердце свое был бы рад тебе дать,
Да сердце твое с ним никак не встретится.

* * *

Почему-то, не знаю сам, почему-то
Этот шаг был многого мне трудней.
Улыбнувшись, сумела ты почему-то
Мне напомнить про юность души моей.
Почему ты улыбку не стала прятать,
Почему просто так не прошла стороной?
Почему ты, когда меня целовала,
Не сестру родную напоминала,
Что давно ожидала меня с тоской?..
Ведь могла же ты просто так, без улыбки,
Мимо меня пройти стороной...

* * *

В девичьи годы все девы красивы,
Откуда же столько супружниц злых?
В джигитские годы все парни красивы,
Откуда же столько сварливых, ревнивых,
Жен своих бьющих батыров дурных?..
...Чуть не плачет малый,
О жизни такой узнав,
И, конечно, прав:
Делай, что хошь,
Если злюку в жены возьмешь!..

* * *

Если б
Мой след на груди земли
Впечатался так, что остаться бы смог,
И в небо строчками огневыми
Мой песенный голос подняться бы смог,
Тогда бы потомки,
Прочтя мои песни,
Сказали: —
Гляньте, когда-то встарь
И вправду здесь проходил, распевая,
"Гений в лаптях", "веселый бунтарь"!..—
Эй, вы!
Молодые внуки, чьи жизни
Пока лишь в крови наших жен текут,
Услышьте,
Как в старых, продранных брюках
В новые дни ваши деды идут!..

* * *

Руфик! (1)
Ты брось этот берег Черного моря.
Да пропади оно!
Никогда не тоскуй о нем!
Я, заблудясь, отстал от вас не случайно,
Когда мы гуляли на берегу морском.
А по мне тосковать ты будешь?
Не знаю...
Но нет,
Только ты и будешь грустить,
Только ты, со щек утирая слезы,
"Где мой отец?" — захочешь спросить.
Брось ты, сынок, этот берег Черного моря
И никогда не тоскуй о нем, —
После большой потери, с тяжкою думой
Бродил твой отец на том берегу морском.

* * *

Не заметила ты, что в сердце моем
Великих песен зори горят,
Не почуяла ты, что в пустыне души
Могучие львы до времени спят.
А сегодня в руках у меня букет
Из последних цветов моих юных дней:
Они уже сорваны, вянут в руках,
Они дожидаются смерти моей.

* * *

Про землю красивая песня есть, говорят,
О ней только ветер разносит весть, говорят:
В тот страшный год не упало ни капли дождя,
И солнце безжалостно жгло, и, на землю сойдя,
Царь-голод задумал жестокую месть, говорят.
Себе он забрал все дары земли, говорят,
Земля задыхалась в черной пыли, говорят,
И даже цветы — нежно-розовые цветы
Пылали, как угли, а не цвели, говорят.

* * *

Грудь земли тепла,
И сразу тают снежинки
На камнях мостовой — словно слезы льют.
По улицам нашим гуляет праздничный люд,
И еще без пальто,
Выпятив грудь, многие с песней идут...
Абый! (2)
Меня возмущает тот,
Кто некрасивой зиму зовет.
Для тех, кто тепло, добротно одет,
Зима полна волшебных красот!
А я, наверно, этой зимой умру,
И печально будет, когда ваш поэт умрет...
Первой метели, не знаю, когда ожидать,
Но с первой метелью
Хотелось бы мне перестать дышать.
И все же, подумав;
— Скоро зима придет! —
Рваную шапку сегодня я стал зашивать.
Но рваная шапка от стужи не сбережет,
Видно, меня убьет этой новой зимы приход.
Прекрасен мир...
И однако,
Для вас, дорогие,
Печальней он станет, когда ваш поэт умрет!..

1929

(1) Руфик — так поэт называл своего сына Рафаила. Это стихотворение было написано в Крыму.

(2) Абый — обращение к старшему по возрасту мужчине.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Автор-составитель Донина Лариса Николаевна.
Защищен авторским правом, просьба при копировании ссылаться на автора.